Реструктуризация валютной ипотеки: что делать? | ipotek.ru
выбрать ипотеку

Реструктуризация валютной ипотеки: что делать?

Что делать тем, кто вошел в текущий экономический кризис с валютной ипотекой? Смирится с возрастающими платежами? Перевести платежи в рублях на очень невыгодных условиях или понадеяться на то, что эту проблему решит государство? Редакция портала KVARTIRAvMOSKVE.ru пригласила в качестве эксперта депутата Государственной Думы Андрея Крутова — автора нескольких законодательных инициатив в пользу валютных заемщиков.

В конце 2014 года платежи по валютным кредитам в традиционных валютах (евро, доллар) выросли в рублевом эквиваленте в два раза. По некоторым экзотическим, типа швейцарского франка — в пять раз.

Масштабы бедствия вроде бы не так огромны: в валюте в России было выдано 1% ипотечных кредитов. Но в абсолютных цифрах это около 50 тыс. действующих валютных кредитов, причем 10–15 тысячи семей уже начали испытывать неодолимые трудности с выплатой по своим займам.

В период массового продвижения ипотеки банки не уставали повторять в своих рекламно-просветительских материалах: если вы испытываете трудности с платежами — обратитесь в вашу кредитную организацию, вместе мы найдем выход. Уменьшение платежа выгоднее полного дефолта заемщика. Однако, в декабре 2014 года на обращения заемщиков и прессы банки хранили молчание. Почему?

Да потому, что они оказались отрезаны от международного финансирования. Средства, направляемые на валютную ипотеку, банки получали из зарубежных источников (под 3,5–6%). А тут еще ЦБ поднял ключевую ставку до 17%…

Одним из первых на сложившуюся ситуацию отреагировал банк ВТБ24, предложив своим клиентам рефинансировать ипотеку по ставке 14,9%, пересчитывая остаток долга по текущему курсу. Для многих заемщиков эти условия оказались неприемлемы. Вот конкретный пример (цифр в расчетах округлены).

В конце 2011 года заемщик взял ипотечный кредит в размере 1,5 млн. рублей под 15% годовых на 15 лет. Ежемесячная выплата составляла 21 тыс. рублей. В конце 2013 года, когда от кредита осталось 1,447 млн. рублей, заемщик рефинансировал его в доллары под 10% сроком на 13 лет. Ежемесячный платеж составил 505 долларов или 16,7 тыс. рублей (по курсу конца 2013 года).

Увы, таким платеж был недолго. К концу 2014 года он уже составлял 32,8 тыс. рублей. Если рефинансировать его опять в рубли даже по льготному курсу 14,9%, то платеж составит более 38 тыс. рублей (и то срок кредита придется растянуть до 15 лет, то есть смириться с тем, что ипотека суммарно удлинится до 18 лет). Учитывая то, что оформление перекредитования — тоже затратная процедура, понятно, почему заемщики не спешат переходить в рублевые кредиты и ждут более выгодных условий. Они объединяются, подают петиции. Самое распространенное требование — пересчет на дату выдачи кредита. Насколько справедливо и законно такое требование?

Классическое правило заемщика гласит: кредитоваться надо в той валюте, в какой получаешь зарплату. Беря кредиты в валюте, ты принимаешь на себя еще и валютные риски. Павел Тимошенко, руководитель Ипотечного центра ФСК «Лидер» уверяет, что их компания советовала ипотечные кредиты только сотрудникам иностранных компаний, получающим доход в валюте. Но есть данные о том, что многие ипотечные брокеры продвигали валютные кредиты довольно активно.

«Взял кредит по низкой процентной ставке — пришло время платить! И нечего жаловаться и просить государство о помощи!» — Примерно так рассуждают многие наши соотечественники. Валютные заемщики не вызывают у них сочувствия.

Между тем депутат Госудумы от Справедливой России Андрей Крутов считает, что особой выгоды валютные заемщики не получали. «Средневзвешенная ставка на протяжении 2004—2014 гг. по кредитам в валюте была 11,0%, по кредитам в рублях — 13,1%. Если учесть, что раньше банки еще брали до 2% за конвертацию, очевидно, что особых преимуществ валютные заемщики не имели никогда. А с учетом 2014 года — заплатили на 25–30% больше».

Средневзвешенная ставка, по мнению редакции, плохой индикатор. Ведь она учитывает кредиты, доступные далеко не всем (например, по социальным программам, в валюте таких предложений не было), а так же кредиты на покупку новостроек (ставка здесь, если новостройка аккредитовалась у банка, в последние годы была ниже, чем на вторичном рынке).

Но у господина Крутова есть и другие аргументы. «До 2008 года банки вели агрессивную политику продвижения именно валютных кредитов. Почти пятая часть — 18% — кредитов в то время была выдана именно в валюте. Поэтому несправедливо перекладывать всю ответственность на заемщиков, которые верили в государство и его стабильность. Тем более, валютные ипотечники — это, можно сказать, „сливки“ среди заемщиков. Не случайно среди них не было дефолтов, а уровень просроченной задолженности — всего 1%, что гораздо ниже среднего по стране».

К тому же надо помнить, что массовые дефолты заемщиков повлекут за собой по цепочке нарушения во всей банковской системе. 20 млрд. рублей, которые требуются для того, чтобы предотвратить массовый дефолт — совсем небольшая цена. 

В этом вопросе с Андреем Крутовым нельзя не согласиться. Ликвидация последствий массового дефолта заемщиков может стоить дороже, чем целевая помощь.

Не надо забывать, что сегодня стоимость квартир в долларах на вторичном рынке упала уже в 2–2,5 раза. Для некоторых заемщиков это означает, что даже продажа квартиры не позволит полностью закрыть кредит. А выход на рынок большого количества квартир будет только способствовать снижению цен.

Сегодня 25% валютных заемщиков уже не может обслуживать свой кредит. Примерно треть из них — это семьи с двумя и более детьми. Социальная помощь таким семьям все равно потребует выделения средств из бюджета.

Кто должен отвечать за реструктуризацию валютных кредитов?

Андрей Крутов считает, что реструктуризация валютных кредитов должна обеспечиваться законодательно. Поэтому было подготовлено два законопроекта (над ними работала та же команда, что и над законом «Об ипотеке», включая Оксану Дмитриеву и Ивана Грачева). Буквально 29 декабря подготовлены изменения в закон № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)», касающиеся, по существу, запрета на выдачу ипотеки в валюте. А 16 января внесен законопроект о реструктуризации валютных кредитов, который предполагает пересчет по курсу на дату заключения кредитного договора и по ставке 12,2%.
Понятно, что внесенные законопроекты еще не означают принятых законов. Тем более, что пункт о реструктуризации валютных кредитов депутаты безуспешно пытались включить в закон о докапитализации банков, принятый в конце 2014 г.

Так что теперь заемщикам надо решать: иметь валютный кредит с низкой ставкой (и угрозой дальнейшего падения рубля), рефинансироваться, пользуясь текущим предложением банков (ежемесячный платеж при этом увеличится) или понадеяться на принятие закона о «Реструктуризации валютных кредитов».
Что же, история показывает, что некоторые законы у нас могут приниматься очень быстро. Произойдет ли так с этим законом — непонятно.

Кстати, 31 декабря 2014 г. Центральный банк РФ направил письмо по запросу депутата Госдумы Оксаны Дмитриевой, в котором сказано следующее. «Банк России направил письмо от 18.12.2014 г. № 209-Т «Об особенностях применения нормативных актов Банка России», позволяющее кредитным организациям… не ухудшать оценку качества обслуживания долга по ссудам, реструктуризированным с 1 декабря 2014 года. Данное решение создаст необходимые ругятивные условия для реструктуризации ипотечных кредитов в иностранной валюте, включая их конвертацию в рубли по разумному курсу».

Автор: Алла Насонова

Источник:


10 февраля 2015 г.

Рейтинг: 0 Всего голосов: 0